Биография
Книги
Статьи
Библиотека
Фотографии
Публицистика
Фильмы
Интервью
Общественный фонд Александра Князева
Институт русской диаспоры
Институт этнополитических исследований
Друзья и партнеры

 

Геополитические основы наркоэкономики

По мнению профессора Александра Князева, автора книг «История афганской войны 1990-х гг. и превращение Афганистана в источник угроз для Центральной Азии» и «К истории и современному состоянию производства наркотиков в Афганистане и их распространения в Центральной Азии», страны – члены Шанхайской организации сотрудничества не могут оставаться в стороне от решения афганских проблем, особенно проблемы наркотрафика.

– Александр, как американская операция «Несокрушимая свобода» в Афганистане сказалась на уровне безопасности в регионе?

– Кто бы что ни говорил, но основным результатом антитеррористической кампании США стали активизация экстремистских и террористических группировок, многократный рост производства наркотиков, нелегальной миграции, незаконной торговли оружием и других угроз безопасности не только самого Афганистана, но и всех стран Евразийского континента. Почему? Потому что и производство наркотиков, и содействие экстремизму и терроризму сегодня являются инструментами международной политики. Разговоры о том, что США пришли в Афганистан и Центрально-Азиатский регион, дабы способствовать установлению мира, демократии и стабильному развитию, я отметаю сразу. Регион Каспия, Центральная Азия и Южная Азия сегодня превратились в поле битвы за энергоресурсы, где все средства оказываются хороши. Ведь наркотики – это оружие. Это мощнейший фактор роста коррупции и криминализации общества вообще, это подрыв обороноспособности и генофонда в целом, это деформации в экономике и финансовой сфере.

Хочу отметить одну деталь. Для Западного полушария наркотики афганского происхождения – не системное явление, там более актуально колумбийское и мексиканское производство… Наркотики афганского происхождения – угроза для Старого Света. Это Китай, страны бывшего СССР, Европа, Ближний Восток, Северная Африка. И в этом контексте очень любопытно выглядят участившиеся сообщения об участии военнослужащих США в наркотранзите из Афганистана. Дыма без огня не бывает. Представляете, какое мощное оружие в расчистке пространства и следовании к мировому господству!

– А как наркотики доставляются в Европу, по каким маршрутам? Какое место здесь отводится Центральной Азии?

– В Европу афганские наркотики идут несколькими путями. Через страны Центральной Азии и Россию – преимущественно на прибалтийско-скандинавское направление. Через Туркмению – в Азербайджан, оттуда в Грузию и через Украину дальше на Запад. И через Иран, Турцию – в Косово, это один из главных европейских центров распространения. Вообще, любопытно, что основные эпицентры распространения афганских наркотиков в Европе совпадают с местами дислокации американских вооруженных сил – в первую очередь это Косово, американская военная база Бондстил. А также расположенные на территории Германии Битбург, Зембах, Рамштейн, Хан, Цвайбрюккен и Шпангдалем. Это военно-воздушная база США в Морон-де-ла-Фронтера и военно-морская база в Рота в Испании. Некоторые европейские эксперты утверждают, что более 40% героина поступает на европейский рынок именно из Косово.

Что касается Центральной Азии, то это регион как транзита, так и растущего потребления афганских опиатов. Когда-то, в начале 1990?х годов, в правительствах стран региона была такая точка зрения: мы-де сами не пострадаем, через наши территории только транспортируют наркотики, вот пусть мировое сообщество и предпринимает усилия… Увы, с тех пор потребление опиума и особенно героина в наших странах выросло в тысячи раз. Несколько лет на центральноазиатском рынке опиаты продавались по существенно заниженным ценам, создавалась социальная база, создавался потребительский рынок.

– Как относится правительство Хамида Карзая к наркоэкономике? Предпринимает ли что-то для борьбы с ней?

– Правительство Карзая на протяжении семи лет время от времени декларирует, а иногда и демонстрирует попытки бороться с производством наркотиков. Но тут мешает буквально все. И неспособность полноценно контролировать подавляющее большинство регионов страны, и участие местных элит в этом производстве, и отсутствие источников средств к существованию у огромной части населения. Вся внутриполитическая борьба в Афганистане – это еще и борьба конкурирующих наркогруппировок. Наркопроизводство в тех масштабах, в которых оно есть сегодня, – результат процесса, начало которому положили моджахеды 1980?х при поддержке резидентуры ЦРУ США. Это был один из каналов финансирования войны против советских войск. Уничтожить его, опираясь только на внутренние силы, не сможет никакое афганское правительство.

– Каково отношение разных групп в Афганистане к производству опиума? Талибы, будучи у власти, вроде бы с маком боролись, а как сегодня относятся к этому этнические меньшинства севера? Пуштуны? Какова позиция соседей – Ирана, Пакистана?

– Талибы боролись, хотя и своеобразно. С одной стороны, они пресекали самодеятельность населения, монополизировав наркопроизводство под своим контролем. Заодно ограниченный уровень производства поддерживал высокие цены. С другой – часто это было направлено на демонстрацию мировому сообществу своей «доброй воли» – в интересах признания талибского режима. Но как бы там ни было, при талибах объемы производимого опиума были меньше нынешних в десятки, если не в сотни раз. На севере наркопроизводство существует, но его масштабы с южными плантациями и лабораториями не идут ни в какое сравнение.

Вообще, в 1990?е годы северные провинции и в этом плане были определенным буфером для нашего региона. Контрабанда наркотиков была, но, повторюсь, никакого сравнения с нынешним валом. В основном наркопроизводство – это южные пуштунские провинции, в первую очередь Гильменд, где, по некоторым данным, производится чуть ли не половина афганских наркотиков. Отличается также провинция Нангархар. Выглядит парадоксально, но именно в этих провинциях расположены очень крупные группировки американских и британских войск. Соседи – Пакистан, а особенно Иран – достаточно активно пытаются контролировать на предмет контрабанды наркотиков свои границы, но это не значит, что им все удается. Вообще же из всех соседей Афганистана наиболее успешен в противодействии наркотранзиту Иран.

– Но закрытие границ саму проблему не закроет. Какие-то более активные действия со стороны соседей Афганистана предпринимаются?

– Отсутствие позитива в деятельности США и НАТО в решении афганской проблемы заставляет активизировать свою политику в этом направлении страны, для которых афганское урегулирование является жизненно важным. Именно этим объясняется возрастающее внимание к проблемам Афганистана со стороны Шанхайской организации сотрудничества (ШОС). В свою очередь о заинтересованности в участии ШОС в афганском урегулировании заявляет на самом высоком уровне и Афганистан. Я цитирую: «Афганистан желает расширять свои отношения с ШОС, двусторонние отношения со странами – членами ШОС. Мы считаем, что это соответствует нашим национальным интересам. Афганистан настаивает на расширении своего сотрудничества с ШОС в деле систематической борьбы с терроризмом, экстремизмом, наркобизнесом». Это говорил в своем выступлении на саммите глав государств – членов ШОС в августе 2007 года в Бишкеке президент Афганистана Хамид Карзай.

В июне на Иссык-Куле пройдет международная конференция «Афганистан, ШОС, безопасность и геополитика Центральной Евразии»*, я организую ее совместно с Фондом Ахмад Шаха Масуда из Кабула. Главная цель и задача нашей конференции – силами экспертов из Афганистана, стран-участниц и стран – наблюдателей ШОС, других стран создать модель возможного активного участия ШОС в афганском урегулировании и последующем позитивном развитии Афганистана. Может быть, появятся какие-то принципиально новые решения, в том числе и по проблеме распространения наркотиков.

– Ну а «международное сообщество» планирует что-то делать с афганским героином, кроме как потреблять? Есть ли какие-то программы у ISAF, НАТО, у Евросоюза, ООН, ШОС, ОДКБ? Какое-то общее видение проблемы и путей ее решения?

– ISAF, НАТО, Евросоюз, ООН за семь лет не сделали ничего в этом направлении. Могу это ответственно заявить. Судить нужно по результатам, а не по вложенным в какие-то программы средствам, хотя и их было негусто… Что говорить, я своими глазами видел, как патруль бундесверовцев из состава ISAF проезжал по дороге, где плантации опиумного мака начинались прямо от обочины и тянулись на сотни, а может, и тысячи гектаров. И как будто шоры на глазах, они ничего не видели…

Со стороны ОДКБ было проявлено огромное количество инициатив по взаимодействию, однако НАТО и США просто категорически отказываются от такого сотрудничества. Сейчас в рамках ШОС афганское направление активизируется, но самым больным вопросом, на мой взгляд, является опять-таки взаимодействие с западными силами. Думаю, главное, что могли бы сделать в этом плане страны – участницы ШОС в ближайшее время – установить совместный контроль на границах с Афганистаном. Я абсолютно уверен, например, что подобное необходимо на таджикском участке, после вывода группы российских пограничных войск Таджикистан демонстрирует полную неспособность самостоятельно обеспечить контроль на границе. Ну и неясной, как и раньше, остается ситуация на туркменском участке, тут уж и ШОС почти бессильна…

*«Эксперт Казахстан» является официальным информационным партнером конференции Иссык-Кульской международной конференции «Афганистан, ШОС, безопасность и геополитика Центральной Евразии» (10-12 июня 2008 года)

 

Эксперт Казахстан, №18 (166)/5 мая 2008

 

наверх главная страница предыдущая страница е-mail контент-провайдер -=МБ=-