Биография
Книги
Статьи
Библиотека
Фотографии
Публицистика
Фильмы
Интервью
Общественный фонд Александра Князева
Институт русской диаспоры
Институт этнополитических исследований
Друзья и партнеры

Александр Князев: Внешние силы используют Киргизстан в разжигании скандала вокруг нападений на граждан КР в России

Внешние силы используют Киргизстан в разжигании скандала вокруг нападений на граждан КР в России. Об этом заявил известный политолог, доктор исторических наук Александр Князев, отвечая на вопросы ИА «24.kg».

— Как вы полагаете, с чем связаны участившиеся случаи нападения скинхедов на граждан КР?

— А есть твердая уверенность в том, что это скинхеды? Скинхеды в России — явление абсолютно неизученное, хотя о них очень много говорят, пишут, выносят самые разные суждения. Большинство нераскрытых преступлений, совершенных против нерусских, в общественном сознании связывается именно с ними, это да. Но те, кого время от времени следствие уличает в разжигании межэтнической розни, не имеют, как правило, никакого отношения ни к скинхедам, ни к каким-либо другим организациям и сообществам. Они оказываются просто хулиганами, бандитами, убийцами или сумасшедшими.

Некое «Московское бюро по правам человека» говорит о 50 тысячах скинхедов в России. МВД РФ известно примерно о 15 тысячах. Истина, вероятно, находится где-то между этими цифрами. МВД России, как и любое другое ведомство, скорее всего, склонно негативный показатель снизить. А чем больше будет показатель, тем востребованнее будут разного рода правозащитники. И никто ведь не анализирует при этом идеологическую составляющую этого движения, а там об убийствах речь в общем-то и не идет… Но представители так называемого «гражданского общества» шумно выражают свою обеспокоенность тем, что суды отказываются видеть в хулиганстве ксенофобскую составляющую. Часто преступников просто не удается отыскать и идентифицировать, но записывают их, как правило, именно в скинхеды.

Миф о скинхедах тем временем укрепляется. А показательная борьба с мифом имеет отношение уже не к настоящей борьбе с ксенофобией, а к политтехнологиям. Она служит соответствующим рычагом для давления на власть, в первую очередь – извне.

— Нет ли в этом некоего политического заказа?

— Я уверен, что в явлении ксенофобии нет политического заказа действующей российской власти. Хотя можно нередко встретить в прессе эдакие намеки. Дескать, Путину это выгодно. Я точно знаю позицию, выраженную самим президентом России, который как-то заявлял: «Мы будет делать все, чтобы скинхеды и фашиствующие элементы исчезли с политической карты нашей страны». И я точно знаю, что еще в 2002 году именно Владимир Владимирович Путин внес в Госдуму проекты федеральных законов, направленных на борьбу с экстремизмом, и дополнение в Уголовный кодекс РФ в виде статьи 282-й, предусматривающей усиление ответственности «за создание организованной группы для совершения преступлений на почве политической, социальной, расовой, национальной или религиозной нетерпимости, а также за участие в экстремистском сообществе либо за публичные призывы к экстремистской деятельности». Это факты. А все остальное – домыслы.

Но есть другой политический заказ. И здесь очень любопытно выглядит вопрос об адекватности внимания к этой проблематике со стороны СМИ. Я уверен, что тот повышенный ажиотаж, который проявляют СМИ в каждом случае ксенофобии и национализма в России, решает, помимо иного, и вполне определенную задачу: подпортить растущий положительный имидж РФ в мире и в странах бывшего СССР в частности. Заметьте, ведь «антиксенофобская» кампания в СМИ России и центральноазиатских республик, возникла не в 1990-х годах, когда все происходило еще хуже, а именно тогда, когда ситуация в РФ начинает стремительно улучшаться, когда страна возвращается к своему привычному статусу великой державы.

Кстати, не знаю как уж где, а в вашей республике первые программы для СМИ по тематике миграции организовывались Фондом Сороса, «Интерньюсом» и другими западными НПО. Было бы логично, если бы эти же организации обратили внимание, например, на динамику роста преступности в России, исполнителями которой являются мигранты. Или на нарушения прав этнических групп в этнократических «демократиях» типа Грузии, Латвии, Эстонии… Да и в Киргизстане есть что в этой сфере пообсуждать… 

Если вернуться к России: напряженность возникает преимущественно вокруг мигрантов. В основе ее лежат и культурные, и психологические мотивы. Согласитесь, что далеко не все приезжающие в РФ граждане стран бывшего СССР законопослушны и способны качественно интегрироваться в российскую действительность. Эти группы людей очень часто и не стремятся к адаптации и, возможно, не способны в силу причин культурологического характера. А процессы формирования общественного мнения носят зачастую обобщающий характер: в Екатеринбурге, например, негативное отношение к наркоторговцам-таджикам затрагивает всю таджикскую диаспору, хотя большинство ее представителей заняты мирным трудом. Но ведь СМИ почему-то не очень охотно тиражируют сообщения о том, сколько таджиков или киргизов задерживается с теми же наркотиками, сколько ими совершается преступлений на территории России…

— Но есть же в России и скинхеды, и другие группировки националистического толка…

— Есть, конечно. Но где их нет? Только ли в России националистические и ксенофобские настроения и проявления имеют место? Увы, могу вас заверить, что рост национализма и самых разных фобий — этнических, религиозных, межрегиональных, расовых и так далее, и тому подобное — глобальное явление нашего времени. Все другие мобилизующие идеологии — социализм, демократия и т.д. - уже «отыграли» свое, они неактуальны.

К сожалению, наиболее действенными идеологиями, способными вызвать социальную активность, сегодня являются национализм и радикальные формы религиозности. Носителями национализма являются молодые люди — они более остро ощущают дефицит общенациональных целей, попытку подменить жизненные смыслы утилитарными практическим задачами и протестуют против этого в подобной извращенной форме. Молодежь восприимчива к таким идеям и подвержена ксенофобии потому, что другие для нее еще менее понятны и близки, да и в силу возрастного максимализма молодые люди всегда гораздо радикальнее смотрят на мир.

Всплеск ксенофобии именно в молодежной среде — вспомните арабские погромы во Франции — обусловлен возросшим инфантилизмом и завышенными требованиями. Молодой человек хочет быть по уровню ответственности школьником, а по уровню трат — успешным и состоявшимся взрослым. Естественно, такой образ жизни доступен очень немногим. Поэтому идет поиск виноватого — на сегодняшний день это люди другой национальности. Так было в Киргизстане в конце 1980-х — 1990-х годах. Так в КР происходит сейчас в отношении дунган, узбеков, других национальных диаспор.

Идеологические причины происходящего непосредственно для РФ я вижу и в глобальном унижении русской нации и страны в целом, которая, будучи империей и затем Советским Союзом, всегда была одной из ведущих мировых держав. Развал страны поставил именно русскую нацию в двусмысленное положение. Она привыкла к своей «ведущей» роли, сегодня имеет место определенный «кризис идентичности». Он подразумевает яростную защиту своей идентичности параллельно с поиском ее оптимальных характеристик.

В поисках причин своего унижения человек редко обращает взор на себя, чаще всего он ищет и успешно находит внешнего врага, который и представляется ему виноватым во всем. Для развития национализма и ксенофобии, конечно, есть и другие причины: и экономические, и социальные, и исторические. Россия всегда достаточно остро реагировала на угрозу распада страны, потерю ее идентичности и поддерживала политические силы, артикулировавшие эту угрозу, например, в прошлый электоральный период. «Родину» Дмитрия Рогозина. Или Жириновского… 

В любом случае, применительно к России говорить сегодня следует скорее не о национальных конфликтах, а о наличии этнической напряженности на некритическом уровне. Само же наличие этой проблемы — заметьте, я ее в принципе не отрицаю — является поводом к размышлениям и последующим действиям о совершенствовании существующего в РФ мультикультурного общества и государства. Исторически это абсолютно оправданно — Россия всегда была полиэтнична. К слову, она сегодня — единственная, наверное, из стран постсоветского пространства, которая не избрала для себя путь этнократии. Министр по чрезвычайным ситуациям — тувинец, министр внутренних дел и губернатор одной из крупнейших областей — казахи, министр экономического развития — немец… В российском истеблишменте в этническом плане кого только нет… Могут ли подобным похвастаться те, кто считают себя предельно демократическими — Грузия, Украина, Киргизстан, наконец? Увы… Только, давайте, не будем вспоминать русских премьер-министров в нашей республике, это явление несколько иного порядка…

— Могут ли вызвать эти события охлаждения в отношениях между Россией и Киргизстаном? Не являются ли они показателем каких-либо осложнений между Бишкеком и Москвой?

— Я думаю, что у российского руководства хватит выдержки, чтобы не реагировать на это таким образом, чтобы испортить отношения. Можно было бы здесь вспомнить одну известную басню Крылова, но воздержимся. Россия сегодня решает проблему постсоветского пространства самым надежным способом: наращиванием прямого экономического присутствия.

Экономическая зависимость Киргизстана от России уже такова, что никто никуда не денется. Давайте попробуем в один момент вернуть всех трудовых мигрантов обратно. Что случится с экономикой республики, а заодно с социальной сферой, как это проецируется на политические процессы? Это будет катастрофа. Россия нуждается в трудовых мигрантах, но отдельно взятые киргизские гастарбайтеры решающего значения в решении этой проблемы не имеют. РФ сегодня является чрезвычайно привлекательной страной, в которую стремятся приехать, в которой стремятся жить и работать миллионы и миллионы людей из самых разных стран мира. По миграционной привлекательности Россия сегодня уступает только одной стране мира – США. Вот в 1990-х годах, при том псевдолиберальном беспорядке, который царил в стране, никто особо в РФ не рвался… Так вот, из этого следует простой вывод: туда, где плохо, не едут.  

Конечно, порядок в этой сфере должен наводиться и многое ведь уже делается. Некоторые центральноазиатские эксперты полагают, что для оптимизации миграционного процесса законодательство России должно стать более жестким по отношению к проявлениям экстремизма и национализма и, в тоже время, более либеральным по отношению к трудовым мигрантам.

Я думаю, тех степеней жесткости по отношению к проявлениям экстремизма и национализма, которые имеются в ныне действующем российском законодательстве, более чем достаточно. Другое дело, что нужно вести речь о более высоком уровне исполняемости законодательных норм. Но это должно сопровождаться и жесткими требованиями к мигрантам по выполнению ими определенных обязанностей по отношению к стране, в которую они так рвутся.

Нелегальная миграция, как правило, тянет за сбой целый шлейф преступлений. Сейчас на территории России только около 10 процентов гастарбайтеров трудятся легально, остальные живут и работают без всяких документов. Ни одно государство не сможет выдержать нагрузки, когда как минимум 10 миллионов незаконных мигрантов нигде не зарегистрированы. По информации МВД РФ, около 40 процентов преступлений совершают именно приезжие граждане…

— В иностранной прессе уже появились сообщения о том, что русские в Киргизстане ждут погромов в ответ. Как вы полагаете, это может быть правдой?

— Скажу только, что я об этом узнал именно из прессы.  

— Но не случится ли так, что деятельность скинхедов в России действительно спровоцирует рост националистических настроений в КР? Не почувствовали ли этого российские соотечественники уже в данный момент?

— Можно подумать, что российские соотечественники в Киргизстане до этого времени не чувствовали на себе националистических настроений. И не только славяне, а все представители нетитульных этносов, да и русскоязычные киргизы. Это было всегда, весь постсоветский период. Временами это происходит в мягких формах, иногда острее. Российскую милицию обвиняют в том, что все уголовные дела, связанные с преступлениями против мигрантов, возбуждаются по статье «Хулиганство». А вам известны в Киргизстане уголовные дела, связанные с обвинениями в разжигании межэтнической или иной розни, с преступлениями, имеющими этнические мотивы? Я таких дел не знаю.    

Что касается нынешней прямо-таки вакханалии по данной проблематике в Киргизстане, то я думаю, что помимо иного мы имеем дело с хорошо подготовленным продуктом современных информационных войн. В которых и без того непростая проблема трудовых мигрантов просто-напросто используется для нанесения ущерба и международному имиджу России в целом, и российской политике в Центральноазиатском регионе. Ведь не бывает таких случайностей, когда и всплеск внимания СМИ, и активность НПО, и поручения президента, и обсуждения в парламенте – все совпадает во времени… Я уверен, что здесь не обходится без влияния внешней силы, в последнее время весьма утратившей свои позиции и в регионе. И в том числе в Киргизстане, который в данном случае просто используют.

18/02-2008 13:19, Бишкек – ИА «24.kg»,

Хайнань

Данияр КАРИМОВ

 

 

наверх главная страница предыдущая страница е-mail контент-провайдер -=МБ=-